Депрессивные расстройства относятся к числу наиболее распространённых нарушений психического здоровья, поражающих, по оценкам Всемирной организации здравоохранения, около 5% взрослого населения. Клиническая картина депрессии включает ангедонию, чувство собственной неполноценности, нарушения когнитивных функций (внимания, памяти), расстройства сна, а также суицидальные мысли. Депрессия является ведущей причиной инвалидизации и оказывает выраженное негативное влияние на образовательные траектории, профессиональную продуктивность и качество жизни в целом. Возникая в молодом возрасте, при отсутствии адекватной терапии депрессия повышает риск развития зависимостей, соматической патологии (в частности, сердечно-сосудистых заболеваний) и преждевременной смертности.

Существующие терапевтические подходы включают фармакотерапию (селективные ингибиторы обратного захвата серотонина, трициклические антидепрессанты) и психотерапевтические методы, прежде всего когнитивно-поведенческую терапию. По данным метаанализов рандомизированных плацебо-контролируемых исследований, 56-60% пациентов демонстрируют положительный ответ на медикаментозное лечение. Вместе с тем фармакотерапия сопряжена с риском побочных эффектов, отсроченным началом действия, возможностью рецидивов и ограниченной эффективностью при лёгких формах. Психотерапевтическая помощь также часто труднодоступна в силу организационных и социальных барьеров [1].

Несмотря на значительный прогресс в изучении депрессии за последние десятилетия, литературные данные остаются фрагментарными, а интерпретация результатов затруднена вследствие гетерогенности дизайнов исследований. Междисциплинарный обмен между генетикой, нейробиологией, иммунологией и психологией недостаточен [2]. Проведённые обзоры детерминант депрессии часто ограничиваются отдельными группами факторов или субпопуляциями, не учитывая многоуровневый контекст. Комплексный подход, интегрирующий биологические, психологические и социальные детерминанты с учетом жизненного цикла, позволяет разрабатывать персонализированные стратегии профилактики и терапии [3, 4].

Определить распространённость и степень выраженности депрессивной симптоматики, а также проанализировать структуру наиболее частых клинических проявлений депрессии у студентов Международного медицинского института Курского государственного медицинского университета (ММИ КГМУ). 

Исследование проведено на базе лечебного факультета ММИ КГМУ в период с сентября по октябрь 2025 года. В выборку вошли 60 студентов в возрасте от 18 до 25 лет, представляющих различные курсы обучения. Участие являлось добровольным и анонимным. Все респонденты были информированы о целях исследования и дали устное согласие на участие.

Для оценки выраженности депрессивной симптоматики использовалась русскоязычная версия Шкалы депрессии Бека (Beck Depression Inventory; BDI). Методика включает 21 пункт, каждый из которых оценивается по четырехбалльной шкале (от 0 до 3 баллов). Максимальный суммарный балл — 63. Интерпретация результатов проводилась согласно стандартной классификации: 0-4 балла — минимальный уровень депрессии, 5–9 — лёгкая депрессия, 10–14 — умеренная, 15-19 — выраженная, 20–27 — тяжёлая депрессия.

Респонденты самостоятельно заполняли анкеты, выбирая варианты ответов, наиболее соответствующие их актуальному психоэмоциональному состоянию. Сбор и обработка данных выполнялись анонимно. Для статистического анализа применялись методы описательной статистики: расчёт частот, процентных долей и средних значений. Обработка и визуализация данных осуществлялись с помощью программного пакета Microsoft Excel.

Исследование проведено в соответствии с этическими принципами Хельсинкской декларации (пересмотр 2024 г.) и внутренними регламентами университета. Персональные данные участников не собирались, результаты использовались в обобщённом виде исключительно в научных целях.

В исследовании приняли участие 60 студентов ММИ КГМУ. Распределение респондентов по уровням депрессии представлено на рис. 1. Согласно результатам, к группе с минимальными проявлениями депрессии (0-4 балла) отнесено 9 человек (15%). Лёгкие проявления (5-9 баллов) зафиксированы у 24 студентов (40%), умеренные (10-14 баллов) — у 14 (23%), выраженные (15-19 баллов) — у 7 (12%) и тяжёлые (20-27 баллов) — у 6 (10%) участников. Таким образом, суммарная доля студентов с умеренными и более тяжёлыми формами депрессии (группы 3-5) составила 45% (27 человек), что указывает на существенный уровень эмоционального дистресса в обследованной популяции.

Рис. 1. Распределение уровней депрессии среди студентов ММИ КГМУ (n=60)

Анализ структуры отдельных симптомов (табл. 1) показал, что снижение интереса/ангедония в лёгкой степени (1 балл) отмечались у 43,3% опрошенных, тогда как умеренные и выраженные проявления — суммарно у 30%. Подавленное настроение лёгкой степени зарегистрировано у 51,7% (n=31), в то время как умеренная и выраженная грусть/безнадёжность — у 31,7% (n=19). Нарушения сна: отсутствие жалоб (0 баллов) и лёгкие затруднения (1 балл) распределились поровну — по 30% в каждой группе; при этом значительные расстройства сна (2–3 балла) выявлены у 40% респондентов.

Чувство усталости / снижение энергии в той или иной степени испытывали 63% участников, причём выраженная астения (3 балла) отмечена у 18,3% (n=11). Изменения аппетита отсутствовали у 30% опрошенных; лёгкие нарушения зафиксированы у 35%, а умеренные и выраженные — у 25% и 10% соответственно. Чувства вины и самокритика: отсутствовали у 25% (n=15); лёгкие проявления — у 38,3% (n=23); умеренные и выраженные — суммарно у 36,6% (n=22). Снижение концентрации внимания лёгкой степени выявлено у 41,7% (n=25), а умеренные и выраженные трудности — у 40% (n=24). Психомоторная заторможенность / внутреннее беспокойство отсутствовали у 38,3% (n=23), лёгкие проявления — у 40% (n=24), умеренные и выраженные — у 21,7% (n=13).

Наиболее тревожным результатом является наличие суицидальных мыслей: у 16,7% (n=10) отмечались редкие или слабые мысли о самоповреждении, у 5% (n=3) — периодические выраженные мысли, у 1,7% (n=1) — серьёзные мысли о нежелании жить. Таким образом, суммарно 23,4% участников демонстрируют суицидальные идеи различной степени выраженности, что требует незамедлительного внимания со стороны психологической службы.

Полученные данные согласуются с результатами других исследований, указывающих на высокую распространённость депрессивной симптоматики среди студентов медицинских специальностей. Выявленный высокий уровень астенических и когнитивных нарушений (утомляемость, снижение концентрации) может рассматриваться как следствие хронической учебной перегрузки и дефицита восстановительных периодов. Значительная доля лиц с нарушениями сна (40%) и эмоциональной лабильностью подтверждает необходимость раннего скрининга и внедрения профилактических вмешательств.

При интерпретации результатов настоящего исследования необходимо учитывать ряд методологических ограничений.

В связи с вышеизложенным, представленные данные требуют подтверждения в более масштабных проспективных исследованиях с включением клинической верификации и многофакторного статистического моделирования.

Проведённое исследование показало, что у 85% студентов ММИ КГМУ регистрируются депрессивные симптомы различной степени выраженности, причём у 45% они достигают умеренного или тяжёлого уровня. Наиболее частыми проявлениями являются сниженное настроение, астения, когнитивные нарушения и расстройства сна. Суицидальные мысли любой степени выраженности (1-3 балла) зафиксированы у 23,4% (n=14) респондентов, при этом тяжёлые суицидальные идеи (3 балла) отмечены у 1,7% (n=1), что подчёркивает критическую важность организации доступной психологической помощи.

Полученные результаты обосновывают необходимость системных мер, включающих регулярный мониторинг психоэмоционального состояния студентов, развитие программ обучения навыкам стресс-менеджмента и эмоциональной саморегуляции, а также создание доступных каналов психологического консультирования в структуре университета.